Официальный сайт Федерации альпинизма России. Если вы что-то не нашли, попробуйте поискать на старом сайте

Нас 2746 членов ФАР

Будановы. Их время, друзья и вершины

Все статьи

ИСТОЧНИК: журнал ЭКС, №71, январь 2011. АВТОР: Сергей Шибаев. Фото из архива журнала.


Владимир Буданов (не путать с другим известным в 60-70 гг. ленинградским альпинистом – Петром Будановым, они всего лишь однофамильцы) родился в 1905 г., в Мариуполе. После школы уехал в Ленинград, где в 1931-м закончил Институт физической культуры им. Лесгафта. Годом раньше судьба забросила его в «Голубятню ОПТЭ» – так меж собой альпинисты и туристы-горники называли свою горную секцию ленинградского отделения Общества пролетарского туризма и экскурсий, располагавшуюся в небольшой комнатушке под крышей одного из домов на улице Пестеля.

Владимир Буданов, 30-е годы

Секцию только что сформировали. Записалось человек 20, причем тон задавали туристы – о восхождениях особо не мечтали, хотя бы потому, что не было никакого снаряжения. Сами шили спальные мешки, где-то у пожарных сперли (потом, в книгах это будет называться «раздобыли с большим трудом») веревку. Трикони делали из форточных петель – прекрасно подходили по размеру, да и качеством были ничего. Где-то достали спецовки, пропитанные олифой. Решили, что в таких не страшен ни дождь, ни снег, ни мировая буржуазия, и объявили их штормовками.


Мужали быстро. В 1931-м первое восхождение Буданова – на никем ранее не покоренный пик «4000» в Дых-су, который назвали Учебным. А уже в 1936 – первопрохождение северной стены Домбай-Ульгена. Через два года – Домбай Главный по северной стене. В 1940 – траверс Ушбы, и звание мастера спорта СССР.
Попутно Владимир окончил Школу инструкторов горного туризма ОПТЭ. участвовал в организации первых горных экспедиций ленинградского ОПТЭ (1931-1932, в Дых-су), первых альпинистских лагерей (1934-1936, в Штулу и Гвандре), Ленинградской школы младших инструкторов альпинизма (1937, в Гвандре).
Уже в середине 30-х альпинизм в городе становится массовым. Ленинградцы организуют первые альплагеря. Верховодят питерцами В. Делоне, А. Крестовников, В. Недокладов, Г. Кватер, В. Буданов, Е. Белецкий, А. Александров.


Ленинградцы активны, лезут во все районы: В. Буданов – на Далар и Двойняшку; В. Мартынов и Е. Белецкий – на пик Коммунизма; В. Сасоров – на Шхару. В 1937-м А. Александров и К. Пискарев преодолевают западную стену домбайского массива Бу-Ульген, а в 1938 году В. Буданов и Г. Кватер впервые проходят северную стену Домбай-Ульгена по маршруту высшей категории трудности. С ними в группе идет Антонина Изергина.



Антонина Изергина

Ну да, куда ж без девчонок?! С ними интересно, а с Тотей – только так зовут меж собой ленинградцы Изергину – и подавно. Невероятно обаятельная, остроумная, талантливая во всех проявлениях Тотя родилась в 1906 году в поселке Куоккола (теперь Репино). Ее детство прошло в Петербурге. В революционном 1917-м семья от греха подальше уехала из мятежного Петрограда в Симферополь. Там в 1924-м Тотя заканчивает общеобразовательный техникум и через год возвращается в Ленинград, где поступает на Высшие Государственные курсы искусствоведения. После окончания курсов в 1930 году Изергина попадает экскурсоводом в Эрмитаж. В 1937-м она – уже заведующая отделением западноевропейского искусства XIX века.


Горами Тотя заболевает в 1926-м. С энтузиазмом участвует в работе актива горной секции ОПТЭ. Вместе с девчонками начинает пропагандировать женский альпинизм. В 1932-м с москвичкой Е. Казаковой «пропагандируют» по 2Б на Белуху. В 1937-м – второе советское женское восхождение, на Дых-тау по маршруту Буданова, с М. Потаповой (рук.) и Н. Сидоровой. В 1938-м – восхождение женской группы на Тихтенген (по Буданову).


Изергина дружит с семьей Будановых. Живут в двух шагах друг от друга, на улице Халтурина. Вместе «варят кашу» в ОПТЭ, вместе ездят в горы. В 1940-м Тотя и Мария вместе с А. Александровым и А. Громовым под руководством Буданова участвуют в тогда эпохальном событии – траверсе Ушбы. Спустя много лет Владимир Пестов, член Совета ветеранов петербургских альпинистов, в «Алибеке» станет свидетелем спора между Громовым и Будановым по поводу того, сколько крючьев было забито на маршруте. Один из них утверждал, что три, а другой доказывал, что четыре.


У Потаповой к тому времени за плечами участие в 1-й альпиниаде ВЦСПС (1935); первое советское женское восхождение на Главный Домбай-Ульген, 3Б (с Сидоровой и Нарбут, 1936), упомянутое выше второе женское восхождение на Дых-тау (с Сидоровой и Изергиной, 1937). И все бы хорошо – муж, дочь (в 1932 рождается Эльга), учеба (в 1931 она заканчивает институт им. Лесгафта и тут же поступает учиться во 2-й Медицинский институт), горы – но 22 июня 1941 года все меняется…

Мария Потапова, 60-е годы


Где в конце июня могут быть альпинисты? Глупый вопрос…


Буданов вместе с Белецким, Калинкиным и еще 78 мастерами спорта по распоряжению Генштаба Рабоче-Крестьянской Красной Армии на склонах Эльбруса участвуют в разработке методики проведения военных операций в условиях горного рельефа. Попутно обучают офицеров – выпускников Бакинской пехотной школы и школы связи в Орджоникидзе – технике и тактике движения в горах.


С началом войны начальник сборов, командующий управлением лыжной, горной и физической подготовки РККА генерал-майор А. А. Тарасов своим решением закрывает сборы и отправляет курсантов и инструкторов по местам службы и проживания.
Восходители недоумевают – здесь все лучшие силы советского альпинизма, можно сразу формировать качественную горнострелковая часть. «На Эльбрусах нам не воевать!» – звучит знаменитая фраза генерала Тарасова…

Воевать «на Эльбрусах» придется ровно через год.

Альпинистов разгоняют с Кавказа, зато в Ленинградском военном округе формируется 1-я отдельная горнострелковая бригада; в нее записываются добровольцами А. Аскинази, А. Бердичевский, В. Буданов, К. Великанов, Б. Гурилёв, С. Калинкин, А. Кельзон, Ф. Лемстрем, Л. Рубинштейн, К. Соболев и И. Юрьев. Бойцы бригады получили лошадей, переметные сумы, седла, легкие 45-милиметровые пушки. Бригаду готовят для действий в горных районах северной Норвегии. В ночь с 5 на 6 июля на Московском вокзале проходит погрузка, и эшелон отправляется на Мурманск.
Просыпаются солдаты под… Новгородом.


Немцы прут, рвут советские фронты, и бригаду на ходу экстренно перебрасывают на линию обороны Шимск–Луга–Усть-Нарва. Первые бои у озера Ильмень, на реке Шелонь – под Новгородом.


Г. Андреев и В. Аранович в своей статье напишут о судьбах ленинградских бойцов-альпинистов: «В одном из боев, защищая командира бригады, погиб Арсений Аскинази. В лесах под Любанью из разведки не вернулся Иван Федоров. За поселком Назия в контратаке погиб Константин Соболев. У станции Шапки были тяжело ранены Анатолий Кельзон и Игорь Юрьев. Из разведки в тяжелом состоянии принесли Карпа Великанова; он выжил, но потерял ногу. В районе Назиевских болот тяжело ранило Сергея Калинкина. Получили ранения Владимир Буданов, Федор Лемстрем и Лев Рубинштейн; он один вернулся в бригаду после этих боев; участвовал с А. Бердичевским в прорыве блокады».


Буданов – опытный солдат: еще в финскую войну, в 1939-м, он воевал под Петрозаводском в составе лыжного батальона ленинградских добровольцев – вместе с Белецким, Калинкиным и др. В Великую Отечественную он – в частях Ленинградского и Волховского фронтов, победу встречает в Восточной Пруссии…

Жена и дочь остаются в Ленинграде. Уже в конце августа город блокирован немецкими армиями… Всю блокаду Эльга провела с мамой в Ленинграде. Мария – врач, военнообязанная. Дочь везде брала с собой, говоря: «Если погибнем, так сразу вместе».


«В 1941-43 годах занятий не было, их возобновили в 44-м. Я училась в женской школе около Капеллы на улице Желябова, – рассказывает Эльга Владимировна. – До войны я ходила в 1 класс в школе на улице Халтурина. Тогда было принято носить завтраки с собой. Среди нас были дети из обеспеченных семей, и они, бывало, просто выкидывали свои свертки с бутербродами в классную урну. Об этом узнал завуч, собрал класс и сказал: «Дети, вы еще маленькие и не понимаете, что так делать – очень нехорошо. Ведь где-то в это время другие дети голодают. Потом добавил: «Не дай вам Бог когда-нибудь вспоминать эти выброшенные бутерброды».
Вскоре после этого он исчез – я думаю, на него донесли… Этот эпизод с бутербродами случился в январе 1941-го. И вскоре мы действительно вспоминали эти бутерброды…»


Эльга Буданова, 50-е годы



В феврале 1942-го из блокадного Ленинграда эвакуируется Антонина Изергина. Она попадает в Алма-Ату и здесь работает инструктором военной школы альпинизма.
В 44-м, как только советские войска снимают блокаду и оттесняют немцев от города, Тотя возвращается в Ленинград. Она сразу же активно включается в жизнь Эрмитажа. В ноябре 44-го в музее открывается «Выставка памятников искусства и культуры, остававшихся в Ленинграде во время блокады», в организации которой Тотя принимает активное участие. В 1946-м – в 40 лет – она наконец-то узаконит свои давние отношения с директором Эрмитажа Иосифом Абгаровичем Орбели, в тот же год родит сына, и в горы больше ездить не будет, сосредоточившись на научной деятельности…


Война закончилась. Отгремели салюты. Остались в прошлом тяжелые дни, когда в городе от голода и холода за сутки умирали по 6500 человек.
Буданов вернулся домой из Восточной Пруссии. Куда звало сердце альпиниста?..


«После войны я поехала с родителями в горы, в Безенги. Это было в 1946 году, – вспоминает Эльга Буданова. – У мамы сначала были горнолыжные сборы на Казбеке, а после этого – альпинистские в Безенги. Из Нальчика мы отправились пешком, где-то в селе наняли ишаков. У нас с собой было много продуктов, в Нальчике мы отоварили хлебом свои путевые карточки, и для охраны нам выделили 10 солдат-автоматчиков. Проходили через балкарские деревни, где не было ни души (в 1944-м балкарцы были выселены), набирали с собой яблок с яблонь. В следующем селе пробовали новые яблоки – те были вкуснее, мы выбрасывали предыдущие, набирали этих. В следующем селе все повторялось. Уже в горах солдаты пытались подстрелить тура (у нас мясо было только тушенкой), но ничего не вышло…
…Отец какое-то время работал в Ленгорспорткомитете. На работу надо было только улицу перейти – наша коммуналка располагалась почти напротив комитета, в доме на углу улицы Халтурина. Отец круглый год выходил на работу в одном костюме.
Отец очень любил и умел хорошо готовить. Когда они с мамой разводились, первое, за что он схватился, была книга о вкусной и здоровой пище. Мама после войны работала врачом в Институте травматологии, у Петропавловки. На соревнованиях вечно присутствовала в двух качествах – врача и участницы. Из рюкзака у нее всегда торчали шины. Народ к ней в институт привозили с лыжных склонов пригородных Токсово и Кавголово каждые выходные. Так и говорили: «Это к Марье Максимовне».

Мужу Тоти, академику Орбели по статусу полагалась служебная машина – ЗИМ, и Тотя ее по выходным эксплуатировала: ездила в Токсово, подвозила по пути знакомых альпинистов. Мне ужасно хотелось прокатиться на машине, и как-то я сказала, что вот мне тоже хочется посмотреть дорогу в Токсово, но не из окна электрички (после войны ходили паровозики). Тетя Тотя ответила: «Эля, мы каждое воскресенье везем кого-нибудь к твоей маме – то с переломанной ногой, то с переломанной рукой. Так что места тебе нет…». Сказала, что называется под руку…

Мама меня учила: если увидишь, как на тебя кто-то едет, лучше падай и не старайся как-то увернуться – будет еще хуже.
И вот в выходные я стою посреди склона ВЦСПС и вижу, как сверху начинает скатываться такой здоровый дяденька. Правда, едет не очень уверенно. Ну, думаю, склон широкий, да и пока он со мной сравняется… Но по закону подлости дядька «нашел» на склоне именно меня и снес – я даже не успела последовать маминому завету…
В итоге меня сначала на телеге довезли до Токсовской больницы. Там стоял стон и плач – было полно таких же неудачниц, как я – и не было никакой помощи. Здесь меня и нашла мама после соревнований и отправила с Тотей в Ленинград. Так я все же прокатилась на автомобиле академика».


В 1947 г. в составе сборной Госкомспорта СССР Буданов вместе со своим давним товарищем Андреем Громовым совершил первовосхождения на памирские пики Маяковского и Амбарку. В 1948-м Владимиру присвоили звание заслуженного мастера спорта.


Альплагерь «Алибек». Перед выходом на восхождение. Эльга Буданова – вторая слева.


Летом 49-го он был начальником учебной части в альплагере «Алибек», а его жена руководила отрядом новичков из ЛГУ и ЛПИ. К этому моменту Владимир и Мария уже второй год работают преподавателями кафедры физвоспитания ЛГУ по альпинизму. На первое восхождение Буданов выпустил отделения на пять дней раньше, чем было указано в календарном плане, руководствуясь тем, что все занятия учебного цикла были завершены.
В районе вершины Семенов-баши участник Тищенко не выполнил указания инструктора отделения, что привело к срыву связки второкурсников ЛГУ А. Тищенко – Л. Смирновой. Страховочная веревка лопнула, Андрей и Лиля сорвались и погибли.


Их тела обнаружили в тот же день, но подобраться к ним спасатели не смогли из-за сложного рельефа и непрерывных камнепадов (только на следующий год трупы были сняты со стены В. Абалаковым и М. Ануфриковым). Осенью 1949 г. Буданов и Потапова были уволены с кафедры физвоспитания ЛГУ. Народный суд зимой 1949-1950 гг. по настоянию родителей погибших студентов рассмотрел вину Буданова и Потаповой, но оправдал их, так как не обнаружил состава преступления. Однако решением Всесоюзного Комитета по физкультуре и спорту они были лишены инструкторских и спортивных званий. Решением администрации ЛГУ существовавшая в университете специализация по альпинизму была ликвидирована, а секция альпинизма лишилась на ряд лет поддержки и спортклуба ЛГУ, и общественного мнения.


После вынужденного ухода из ЛГУ Буданов возглавил кафедру физвоспитания в ФИНЭКе – Финансово-экономическом институте. Звание ЗМС ему восстановили уже в 1950 г. В 1955-м Буданов организовал первую ленинградскую школу инструкторов альпинизма. Ее руководителем стал Андрей Громов.
Позже, в 1957-1959 гг., Громов возглавил две интереснейших экспедиции на Памир: к Сарезскому озеру – в поисках снежного человека, и в труднодоступную пещеру Мата-Таш – в поисках сокровищ Тамерлана. Позже Андрей Григорьевич возглавлял сборы ЛГУ и ЛОС ДСО «Буревестник», в ходе которых были совершены восхождения на пики Ленина, Революции, Карла Маркса, ЛГУ, Таджикистан.


В 1952 г. Изергина становится заведующей сектором западноевропейской живописи и скульптуры. Через восемь лет она станет кандидатом искусствоведческих наук и перенесет фокус своих интересов на искусство Германии XVII-XIX веков и искусство Франции XIX-XX веков. Как пишет близко знавшая ее по совместной работе Л. Дукельская: «Деятельность Изергиной в Эрмитаже – одна из ярких страниц в жизни музея, в котором она проработала до последних дней своей жизни (скончалась 19 марта 1969 г). Это был человек своеобразной индивидуальности, открыто высказывающий свои симпатии и антипатии, ярый враг лжи и посредственности, столь независимый в своих суждениях, что значение ее деятельности выходило за рамки Картинной галереи.
Велико было значение ее живого слова, устных выступлений. Ее доклады, короткие сообщения, замечания при обсуждении работ коллег на заседаниях отдела почти всегда становились событием. Она умела выявить суть явления, обнажить тривиальность мысли и ложность доказательств, подчас глубоко запрятанных в наукообразную фразеологию. Ее замечания и выступления были остры и афористичны, блеск остроумия сочетался в них с глубиной мысли. Но, критикуя собеседника, она никогда не оскорбляла его, а ее похвала никогда не была лестью.

Вокруг Изергиной всегда бурлила жизнь. Своим живым умом, страстным темпераментом, простотой общения она притягивала к себе людей самых различных профессий и возрастов. Ее выступления в Ленинградском отделении союза художников становились широко известными в Ленинграде и порождали как друзей, так и активных врагов».


Друзья и соратники Тоти по ОПТЭ стали известными всей стране людьми. Алексей Николаевич Крестовников, видный физиолог, профессор Института физической культуры им. Лесгафта, получил один из первых звание мастера спорта СССР по альпинизму. Борис Николаевич Делоне – математик, член-корреспондент АН СССР. Из его учеников значительных успехов в горах добился крупнейший советский математик академик Александр Данилович Александров, ставший мастером спорта по альпинизму.


Эльга Буданова поступила в Пушкинский сельскохозяйственный институт. На вопрос, почему она выбрала этот ВУЗ, объяснила: «После войны на экраны страны вышел очень красивый и жизнерадостный фильм «Кубанские казаки». И я решила, что надо жить так же здорово и интересно, как герои фильма, вот и пошла учиться на овощевода».


Эльга Владимировна активно занималась альпинизмом в 50-х, хотя никаких особых спортивных высот не достигла. Ее дети и внуки к горам не имеют вообще никакого отношения…

388